Биографии


Башня Веселуха: роман, спектакль, викторина

29.10.2012

  19 октября я приняла участие в проходившем в СОУБ им. А. Т. Твардовского литературном вечере, посвященном 20-летию переиздания романа Федора Эттингера «Башня Веселуха» и 10-летию постановки в Смоленском камерном театре спектакля по пьесе драматурга Ольги Сергеевой «Башня Веселуха».

 Федор Андреевич Эттингер родился приблизительно в 1777, умер 3.04.1853 в С.-Петербурге, писатель, переводчик, автор статей и заметок исторического содержания, сын обер-коменданта Смоленска, генерал-майора А. И. Эттингера, коллежский советник. Жил в Петербурге. В 1820 – 1830-е гг. выступал в печати под псевдонимом “Смоленский Старожил”. Федору Эттингеру принадлежит отличающийся редкой исторической, этнографической, топографической достоверностью роман о Смоленске ХVIII в. “Башня Веселуха или Смоленск и жители его 60 лет назад” (издан в 1845 году, а в 1992 «заново открыт» и напечатан в научно-популярном журнале «Край Смоленский»). В переводе Эттингера издано около двадцати драматических произведений популярного в России того времени немецкого писателя Августа фон Коцебу. Печатался главным образом в петербургских журналах “Современник”, “Сын Отечества”, в “Литературных прибавлениях” к “Русскому инвалиду”.

 Сюжет «Башни Веселухи» основан на легенде о нечистой силе, которая якобы водится в башне. Но содержание книги этим не ограничивается. Автор с большой теплотой, любовью и ностальгией описывает город, в котором он провел детство. Роман носит мелодраматический и приключенческий характер, но главное – в нем присутствуют автобиографические черты. Федор Эттингер описывает Смоленск 80-х годов 18 века – таким, каким он запомнился ему, 8-летнему мальчику.

В 2002 году – году 400-летия знаменитой Смоленской крепостной стены – пьеса О.П. Сергеевой по роману Эттингера была поставлена в Камерном театре, где с успехом шла несколько лет. Принявший участие в вечере художественный руководитель Смоленского камерного театра, заслуженный артист России Николай Парасич отметил, что для него представляет огромный интерес все то, что связано с нашим древним городом, особенно, в преддверии 1150-летия Смоленска. Николай Петрович также сказал, что, возможно, пьеса «Башня Веселуха» вновь будет поставлена на сцене Камерного театра, может быть, с некоторыми изменениями.

 Далее Ольга Павловна предоставила слово мне, как заведующей литературно-драматической частью Смоленского камерного театра и главному редактору сайта Смоленской областной организации Союза писателей России. Я сочла своим долгом подчеркнуть важность обращения театра к произведениям о родном крае, которые могут быть адресованы юным зрителям. Кроме того, сообщила, что на сайте писательской организации недавно размещен шорт-лист конкурса фантастического рассказа «Тысячелетний феникс». В этот шорт-лист вошел рассказ Ольги Сергеевой, а так же рассказы ещё двух членов Союза писателей России.

Вечер, проходящий в Областной библиотеке, а тем более вечер  Ольги Сергеевой, не мог обйтись без музыкальной составляющей.  Прозвучали песни в исполнении солистки оперной студии областной филармонии под руководством заслуженной артистки России Ирины Нециной – Натальи Усачевой и барда Любови Сердечной. Ольга Сергеева спела романс Вадима Бибергана на слова Анны Ахматовой «Приходи на меня посмотреть».

 В завершение Ольга Сергеева провела среди участников вечера – смоленских школьников викторину по роману Федора Эттингера «Башня Веселуха» и подарила победителям книги. На литературном вечере присутствовали Председатель Правления Смоленской областной организации Союза писателей России Виктор Смирнов и секретарь организации Галина Николаенкова.

                    фото: Н.Чепурных

К 120-летию Марины Цветаевой

09.10.2012

 Русская поэтесса родилась 26 сентября (8 октября) 1892  в семье профессора-искусствоведа Ивана Цветаева, основателя Московского музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина. Мать Марины Ивановны – М. А. Мейн – пианистка, ученица А. Г. Рубинштейна умерла от чахотки, когда Марине было 14 лет.  В детстве из-за болезни матери Цветаева подолгу жила в Италии, Швейцарии, Германии; перерывы в гимназическом образовании восполнялись учебой в пансионах в Лозанне и Фрейбурге. В 1909 слушала курс французской литературы в Сорбонне.

Начало литературной деятельности Цветаевой связано с кругом московских символистов – она знакомится с Валерием Брюсовым, оказавшим значительное влияние на её раннюю поэзию, с поэтом Эллисом (Л. Л. Кобылинским), участвует в деятельности кружков и студий при издательстве «Мусагет». Не менее существенное воздействие оказали поэтический и художественный мир дома М. А. Волошина в Коктебеле (Крым). Первые книги стихов «Вечерний альбом» (1910), «Волшебный фонарь» (1912), поэма «Чародей» (1914) принесли Марине Цветаевой известность в литературных кругах, положительные отзывы критиков. Поэма «На красном коне» (1921), книги «Версты» (1921-22) и «Ремесло» (1923) продемонстрировали творческую зрелость Цветаевой.

В центре циклов стихов, обращенных к поэтам-современникам Александру Блоку, Софии Парнок, Анне Ахматовой, посвященных историческим лицам или литературным героям – Марине Мнишек, Дон Жуану и др., – романтическая личность, которая не может быть понята современниками и даже потомками. Цветаева наделяет лирического героя возможностью жизни за пределами реальности, а трагизм  земного бытия компенсируется принадлежностью к высшему миру поэзии, любви и т.д.

Мотивы отверженности, сочувствия гонимым свойственные творчеству Цветаевой, подкрепляются реальными обстоятельствами жизни поэтессы.  В 1918-22 вместе с малолетними детьми она находится в революционной Москве, в то время как ее муж Сергей Эфрон сражается в белой армии (цикл стихов 1917-21 «Лебединый стан» полон сочувствия белому движению). В 1922 начинается эмиграция – Берлин, Прага, Париж – нехватка денег, бытовой неустроенностью, неприятие русской эмиграцией, недружелюбность критики. Поэтическим произведениям эмигрантского периода, к которым относятся последний прижизненный сборник стихов «После России» (1922-1925, 1928), «Поэма горы»(1926), «Поэма конца» (1926), лирическая сатира «Крысолов» (1925-26), трагедии на античные сюжеты «Ариадна»(«Тезей», 1927) и «Федра» (1928),  цикл «Стихи к Чехии»(1938-39, при жизни не публиковался и др.) присущи философская глубина, психологическая точность, экспрессивность стиля.
Свойственные поэзии Цветаевой исповедальность, эмоциональная напряженность, энергия чувства определили специфику языка, отмеченного сжатостью мысли, стремительностью развертывания лирического действия. Наиболее яркими чертами самобытной поэтики Цветаевой явились интонационное и ритмическое разнообразие (в т. ч. использование раешного стиха, ритмического рисунка частушки; фольклорные истоки наиболее ощутимы в поэмах-сказках «Царь-девица», 1922, «Молодец», 1924), стилистические и лексические контрасты (от просторечия и заземленных бытовых реалий до приподнятости высокого стиля и библейской образности), необычный синтаксис (уплотненная ткань стиха изобилует знаком «тире», часто заменяющим опускаемые слова), ломка традиционной метрики (смешение классических стоп внутри одной строки), эксперименты над звуком (в т. ч. постоянное обыгрывание паронимических созвучий, превращающее морфологический уровень языка в поэтически значимый) и др.
В эмигрантской среде её стихи не получили признания, поскольку в новаторской поэтической технике Цветаевой усматривали самоцель, но ее проза, охотно принимавшаяся издателями, заняла основное место в творчестве 1930-х гг. «Эмиграция делает меня прозаиком…»- пишет Цветаева. «Мой Пушкин» (1937), «Мать и музыка» (1935), «Дом у Старого Пимена» (1934), «Повесть о Сонечке» (1938), воспоминания о М. А. Волошине («Живое о живом», 1933), М. А. Кузмине («Нездешний ветер», 1936), А. Белом («Пленный дух», 1934), соединяя черты художественной мемуаристики, лирической прозы и философской эссеистики, воссоздают духовную биографию Цветаевой. К прозе примыкают письма поэтессы к Б. Л. Пастернаку (1922-36) и Р. М. Рильке (1926) – своего рода эпистолярный роман.
В 1937 Сергей Эфрон, ради возвращения в СССР ставший агентом НКВД за границей, оказавшись замешанным в заказном политическом убийстве, бежит из Франции в Москву. Летом 1939 вслед за мужем и дочерью Ариадной (Алей) возвращается на родину и Цветаева с сыном Георгием (Муром). В том же году и дочь и муж были арестованы (Сергей Эфрон расстрелян в 1941, Ариадна после пятнадцати лет репрессий была в 1955 реабилитирована). Сама Цветаева не могла найти ни жилья ни работы; ее стихи не печатались. Оказавшись в начале войны в эвакуации в г. Елабуга, ныне Татарстан, безуспешно пыталась получить поддержку со стороны писателей, что привело к трагическому финалу. В прощальных записке (август 1941 г.) Цветаева упоминает о своей неизлечимой болезни и просит позаботиться о сыне.

Марина Цветаева – типичный представитель поколения, на глазах которого перестал существовать знакомый с детства мир, исчезла страна. В творческих баталиях, любовных похождениях, критике либо безразличии к политической власти, отдалении от православия «бражники и блудницы»(А.Ахматова) Серебряного века не заметили, как земля ушла из-под ног.  Трагедия этого поколения в большей степени понятна тем, чья молодость выпала на годы распада СССР. К счастью, этот период нашей истории не сопровождался тотальным истреблением населения, но чувство исчезнувшего мира знакомо нам не понаслышке.

В Смоленской областной библиотеке имени А.Т.Твардовского 8 октября 2012 года прошел литературный вечер, посвященный творчеству М.И. Цветаевой. А Смоленский камерный театр включил в репертуар октября 2012 года спектакль «Сиреневое платье Валентины», в котором звучат стихи Марины Цветаевой. Спектакль будет показан публике 21 октября, в воскесенье. Начало в 19=00.

Наш министр!

22.05.2012

  21 мая 2012 года был утвержден новый состав кабинета министров. Министром культуры стал Владимир Мединский – Член Cоюза писателей России. Владимир Ростиславович автор серии книг «Мифы о России». Книга Мединского «Война. 1939-45″ – самая продаваемая книга категории нон-фикшн 2011 года. В феврале этого года вышел первый роман Мединского «Стена», который был представлен смоленской читательской аудитории, ведь стена – это наша Смоленская крепость и наш непобедимый народ.

Владимир Ростиславович Мединский родился 18 июля 1970 года в городе Смела Черкасской области (Украина).

В 1992 году окончил с отличием Московский государственный институт международных отношений (МГИМО) МИД РФ.

В 1991-1992 годах работал в посольстве СССР (затем – России) в США.

В 1992 году основал PR-агентство «Корпорация «Я», которым руководил до 1998 года.

В 1993-1994 годах учился в аспирантуре МГИМО МИД РФ.

С 1994 года – на преподавательской работе в МГИМО.

В 1998-1999 годах – руководитель Департамента по информационной политике Министерства по налогам и сборам РФ, государственный советник налоговой службы РФ 2-го класса.

В 1999-2000 годах был руководителем управления Центрального избирательного штаба блока «Отечество-Вся Россия», членом ЦПС ОПОО «Отечество».

В 2000-2002 годах Владимир Мединский был советником заместителя председателя Государственной Думы от фракции «Отечество – Вся Россия» Георгия Бооса.

С 2002 года по 2004 год – руководитель исполкома МГРО партии «Единая Россия», руководитель избирательного штаба «Единой России» по г. Москве.

Депутат Государственной Думы РФ IV и V созывов (2003-2011), председатель Комитета ГД по культуре.

В 2006-2008 годах – президент Российской ассоциации по связям с общественностью (РАСО).

В 2010-2012 годах был членом Комиссии при Президенте Российской Федерации по противодействию фальсификации истории.

В 2011 году указом президента РФ Мединский был введен в состав правления фонда «Русский мир», основными задачами которого являются популяризация русского языка и культуры, а также поддержка программ изучения русского языка в различных странах мира.

Член Генерального совета  партии «Единая Россия».

Профессор. Доктор исторических наук.

Член Союза писателей России. Автор серии книг «Мифы о России», книги «Война. 1939-45″, лекционного курса «Особенности национального пиара». В феврале 2012 года вышел первый роман Владимира Мединского «Стена».

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости 

Личная драма, как катализатор вдохновения

25.03.2011

Судьбы творческих людей редко складываются легко, чаще они подобны самым изощренным фантазиям драматургов. Вижу здесь предопределение – вместе с талантом человеку даётся беспокойная судьба, которая, подобно катализатору, включает и подпитывает творческий процесс.

(далее…)

Обращение к поэтам: память и памятник Твардовскому.

06.07.2010

Прошел 100-летний юбилей Твардовского, отгремели духовые оркестры и торжественные речи. Шумный караван гостей прокатился по Смоленску, сдёрнул покрывало с новенького бюста народного поэта в Починке, потоптал траву на воссозданной усадьбе Твардовских в Загорье и обошел стороной печальное пепелище – сгоревший клуб в Сельце, построенный на средства Ленинской премии Твардовского. Поэт, так же как М. В. Исаковский, которого он считал своим наставником, хотел оставить память о себе в родных местах, создав очаг культуры для земляков. Но, отремонтированный к юбилею, клуб сгорел почти полностью. Я распросила жителей Починка, толпившихся на центральной площади в ожидании открытия бюста Твардовского. В народе не верят в несчастный случай, склоняются к злому умыслу ремонтников. Так или иначе, клуба в Сельце нет. Кстати, я писала об этом пару месяцев назад в заметке «Земля родная, что же сталось…», и у меня было предположение, что стоящий в нескольких сотнях метров от Загорья обуглившийся очаг культуры праздник обойдет стороной. На мои расспросы в Смоленске услышала горький ответ: да ведь Сельцо почти умерло, там нет молодежи, в клуб некому ходить, даже школу закрыли, зачем восстанавливать клуб? Так потому и умирает Сельцо, уезжает молодежь, что нет клуба, закрыли школу, работы с достойной зарплатой тоже нет. Конечно, отдельно взятый клуб не спасёт все российские вымирающие сёла, но он может наполнить жизнью родину Твардовского: создать рабочие места, стать местом творчества селян (замечательный фольклорный коллектив «Реченька», выступавший в филармонии, размещается в таком же сельском Доме культуры в Ельнинском районе).

Я обращаюсь ко всем поэтам, писателям, тем, кому небезразлично творчество Твардовского и память о нём!

Напишите мне, считаете ли Вы, что клуб следует восстановить – как отдел музея Твардовского и как культурный центр на его родине? Я предлагаю создать благотворительный фонд и всем миром воссоздать это небольшое здание, в котором Твардовский видел рукотворный памятник  своему поэтическому труду!

Об этом моё стихотворение «Обращение к поэтам»

Сельцо умирало. Чернели уныло
Слепые глазницы заброшенных изб.
Землица-вдовинушка плуг позабыла,
Рычание трактора, сеялки визг.

Припомнит порой, разнотравье вздымая:
Кузнец из Загорья, что в шляпе чудной,
Тот землю любил, и, в ладони сжимая,
Её согревал, называя родной.

Парнишку-селькора потом вспоминает.
Бывало, как батя, землицу сожмёт:
«Ничем не богата, а всё же родная!»,
И пишет у бровки, и строки вразмёт.

Земля вспоминает: горели деревни,
И пепел стелился по голым полям.
Бывала не раз в этом ужасе древнем,
Но снова всходили овсы по углям.

Весна за весною, засеяли пашни,
Латали да строили крышу да сруб.
Поэт знаменитый – парнишка вчерашний
На родине с премии выстроил клуб.

За книгою – книга, за далями – дали,
И хутор Загорье читатель узнал,
Чукотке и Бресту известными стали
Починок и Глинки, Угра и Десна.

Но вырваны корни, подрублены ветки,
(Вздыхает землица полынью-травой),
До срока увял человек этот крепкий,
Антей, отлученный от почвы родной.

Селяне старели, поля зарастали,
И тлен запустения клуб подкосил.
А память прочней древесины и стали,
А Тёркина знают, кого ни спроси.

На тысяче клубов замки и печати,
Но этот особый, по сути – музей!
Немалые средства решили потратить
На дело благое – грядет юбилей.

Да Божия воля – его попущенье.
Пожар. Ожиданий стремительный крах.
И кто истолкует такое знаменье:
Восставшее вновь обратилось во прах.

Землица вздохнула, повеяло пеплом,
И что-то открылось в сознаньи моём:
В России сейчас сотни тысяч поэтов!
А может всем миром? Поднимем? Спасём?!

Новый мир Твардовского

16.06.2010

Этой статьей завершается моё повествование о жизни и творчестве Александра Трифоновича Твардовского, знаменитого уроженца Смоленщины, 100-летие которого творческий мир отметит 21 июня.

В 1950 году А.Т.Твардовский был назначен главным редактором журнала “Новый мир”, что свидетельствовало о признании его заслуг. Но, за два периода руководства (1950-54, 1958-70) «Новым миром», Твардовский сделал этот журнал альтернативным идеологическим изданием, публикуя на его страницах таких мастеров русского слова, как В. Астафьев, В. Белов, Ф. Абрамов, С. Залыгин, В. Шукшин, Ю. Бондарев.

В номере «Нового мира» за ноябрь 1962 г. была впервые напечатана повесть безвестного тогда рязанского писателя А.И.Солженицына «Один день Ивана Денисовича». Солженицын и не рассчитывал на публикацию, но обратился в известный своим либерализмом журнал под влиянием веяний «оттепели», пробужденных ХХII съездом КПСС. А. Т.Твардовский решился на печать повести, но в авторской редакции, в частности, Солженицын согласился изменить название повести, первоначально озаглавленной лагерным номером заключенного Щ-153. Впрочем, пройти барьер цензуры удалось только тогда, когда Твардовский обратился к самому Хрущеву. Повесть произвела сенсацию, а Солженицын проснулся знаменитым.  «Новый мир» захлестнул вал читательских писем: кто-то восхищался автором, кто-то обвинял в клевете, кто-то признавал повесть правдивой, но не одобрял предания этой правды огласке.

Неоднозначной была реакция и на произведения самого Твардовского – поэта, прозаика, литературным критика, публициста.  Все  46 лет своей творческой деятельности Твардовский был на острие событий, отличался принципиальностью, но не был в оппозиции к политической системе. Популярность поэта Твардовского во многом затенила талант Твардовский-прозаика, хотя  художественные достоинства, столь любимые читателями, свойственны и прозе Твардовского, от «Дневника председателя колхоза» до «Заметок с Ангары». Статьи Твардовского о Бунине, Исаковском и Маршаке объективны и принципиальны. Открывая дорогу в большую литературу талантливым советским писателям, Твардовский не увидел опубликованными многие свои сочинения. В 1970 году он снова был отстранен от должности в «Новом мире», а 18 декабря 1971 года смертельный недуг прервал творчество Александра Трифоновича Твардовского, скончавшегося в Красной Пахре (Подмосковье).

Твардовский практически всю жизнь вёл дневники, они способны прояснить мотивы поступков поэта и общественного деятеля через мировоззрение человека. Дочери Твардовского Валентина и Ольга подготовили к печати дневники 60-х годов. Но мне не известно, будут ли они изданы достаточным тиражом, чтобы дойти до широкого круга читателей.

Завершить свой рассказ хочу строками стихотворения Твардовского, своеобразного девиза всего творчества и жизни Александра Трифоновича:

* * *

Вся суть в одном-единственном завете:
То, что скажу, до времени тая,
Я это знаю лучше всех на свете -
Живых и мертвых,- знаю только я.

Сказать то слово никому другому,
Я никогда бы ни за что не мог
Передоверить. Даже Льву Толстому —
Нельзя. Не скажет, пусть себе он бог.

А я лишь смертный. За свое в ответе,
Я об одном при жизни хлопочу:
О том, что знаю лучше всех на свете,
Сказать хочу. И так, как я хочу.

(1958)

Твардовский: Тёркин на том свете

19.05.2010

В этой заметке, продолжающей рассказ о жизни и творчестве Александра Трифоновича Твардовского, я хочу обратиться к его поэме «Теркин на том свете» (1963) — произведению, которое можно отнести к жанру советско-социалистической сатиры.

Тридцати неполных лет -
Любо ли не любо -
Прибыл Теркин
На тот свет,
А на этом убыл.

Поэма «Тёркин на том свете» создавалась Твардовским в 50-х годах XX века, в тот же период, что и книга «За далью – даль». Я рассказывала уже, что идея продолжения «Василия Теркина» буквально висела в воздухе начиная с момента публикации её первых глав. Неужели Твардовский решился спустя столько лет вернуться к теме, сделавшей его невероятно известным? Вот что пишет он сам в своей Автобиографии: (далее…)

Твардовский послевоенный: Смоленщина и Сибирь

12.05.2010

Продолжая разговор о жизненном и творческом пути Александра Трифоновича Твардовского, остановлюсь на послевоенном периоде. Здесь, как и в предыдущих заметках, я опираюсь на автобиографические статьи поэта. Родная Смоленщина, с которой Твардовского связывала «память отчих мест», «годы жизни в Смоленске в пору литературного ученичества» и «годы войны, когда вместе с частями фронта вступал на пепелища освобождаемой от оккупантов родной стороны», и после войны много значила для поэта, многократно возвращаясь в его творчество. Но в послевоенные годы Твардовского увлекли просторы Сибири и Дальнего Востока.

Вот как пишет Твардовский о своей связи с «иными краями»:

«Могу сказать, что если Смоленщина, со всей её неповторимой и бесценной для меня памятью, досталась мне, как говорится, от отца с матерью, то уже, например, Сибирь, с её суровой и величественной красой, природными богатствами, гигантскими стройками и сказочно-широкими перспективами, я обретал для себя уже сам в зрелые годы. Правда интерес и влечение к Сибири и Дальнему Востоку были у меня задолго до моих поездок в эти края, с отроческих лет, под влиянием книг и отчасти переселенческих мечтаний и планов отца, то и дело возникавших у него в полном противоречии с привязанностью к своему загорьвскому «имению».

В конце 40-х годов XX века Твардовский получил возможность побывать в «иных краях», что послужило материалом для книги «За далью – даль»(1950-1960 гг.), которую (далее…)

Твардовский: поэма «Василий Тёркин»

27.04.2010

В предыдущих статьях мы поговорили о детстве А.Т. Твардовского и его становлении как поэта. Сегодня я остановлюсь на предпосылках и истории создания самого известного произведения Твардовского – поэмы «Василий Тёркин».

Итак, после успеха поэмы «Страна  Муравия» Александр Трифонович Твардовский переехал в Москву, в 1939 году окончил МИФЛИ (он перевелся туда после двух курсов обучения в Смоленском пединституте). Вышла новая книга его стихов «Сельская хроника».  А дальше мирная жизнь для Твардовского закончилась.

«Осенью 1939 года – пишет Твардовский в «Автобиографии» – я был призван в армию и участвовал в освободительном походе наших войск в Западную Белоруссию» (курсив мой). Потом, так же спецкором военной газеты, участвовал в войне с Финляндией. В это время Твардовским, совместно с его коллегами по газете «На страже Родины» был создан фельетонный персонаж – Вася Тёркин. Но «глубина всенародно-исторического бедствия и всенародно-исторического подвига в Отечественной войне с первых дней отличили её от каких-либо иных войн, и тем более военных кампаний» – объясняет сам Твардовский перемену в своём герое. Вася возмужал, закалился в битвах и стал Василием Тёркиным. Для автора, конечно, это произведение было особенным – Твардовский почувствовал «очевидную полезность своего труда.» «Тёркин был для меня …воюющим советским человеком – моей лирикой, моей публицистикой, песней и поучением, анекдотом и присказкой, разговором по душам и репликой к случаю».

Первые главы «Васили Тёркина» были опубликованы в 1942 году, и с этого времени Твардовский стал (далее…)

Твардовский: «поэтическое рождение»

21.04.2010

В предыдущей статье мы вспомнили о семье и детских годах, о первых стихотворных опытах Александра Трифоновича Твардовского. Сегодня поговорим о развитии его таланта, о «поэтическом рождении», как назвал сам Твардовский этот период.

Итак, после первой публикации стихотворения «Новая изба» летом 1925 года, Твардовский поехал в Смоленск, чтобы показать свою подборку ( кому бы вы думали?) М. В. Исаковскому, работавшему в редакции газеты «Рабочий путь».  Исаковский не только благосклонно отнесся к творчеству юноши, но даже вызвал художника, который нарисовал портрет  Твардовского. В газете были напечатаны стихи и портрет «селькора-поэта А. Твардовского».  Александр Трифонович в своей автобиографии писал: «Михаилу Исаковскому, земляку, а впоследствии другу, я очень многим обязан в своем развитии. Он, может быть, единственный их советских поэтов, чьё непосредственное влияние я всегда признаю и считаю, что оно было благотворным для меня». Именно творчество Исаковского показало Твардовскому, что предметом поэзии может быть «жизнь советской деревни,… собственный мир впечатлений».

В восемнадцать лет Александр Трифонович приехал в Смоленск, где долго не мог найти работу, так как (далее…)